Известно, что рецессия или глобальный экономический кризис по разному влияет на экономику разных стран, на разные отрасли и т.д.

Осенью 2008 года мировая экономика испытала воздействие сильнейшего с 1930-х годов финансово-экономического кризиса. В результате этих событий большинству стран мира был нанесен серьезнейший экономический урон. Не стали исключением и страны Прибалтики. Кризис оказался для них весьма болезненным. Более того, последние тенденции свидетельствуют о том, что Латвия, Литва и Эстония не просто пострадали от кризиса, но и попали в число аутсайдеров, то есть государств, оказавшихся на грани экономического коллапса. А ведь совсем недавно они представлялись многим как цитадели экономического роста, как эталон успешного проведения социально-экономических реформ, как государства, получившие максимальные дивиденды от интеграции в западные политические и экономические структуры. Так что же произошло?

В 2000-е гг. о Латвии, Литве и Эстонии заговорили как о «балтийских тиграх» (по аналогии с экономиками Юго-Восточной Азии), демонстрирующих высокие и стабильные темпы экономического роста. Они стали самыми быстро развивающимися государствами не только среди стран постсоветского пространства и Центральной и Восточной Европы, но и Европейского Союза. Показатели роста ВВП после дефолта 1998г. в России, оказавшего отрицательное воздействие на прибалтийских соседей, были в несколько раз выше среднего уровня ЕС (аналогичными темпами могла похвастаться только Словакия).

Таблица 1. Годовой рост реального ВВП (2000-2007) (% к предыдущему году)

Источник: Eurostat (Европейская статистическая служба).

За 2000-2007гг. в 2,5-3 раза вырос ВВП на душу населения: в Латвии – с 3600 до 10200 евро, в Литве – с 3500 до 9600 евро, в Эстонии – с 4500 до 12000 евро, – что, однако, составило соответственно лишь 37%, 34% и 47% от среднеевропейского уровня (в 2000г. – 19%, 19% и 24%). Показатель ВВП (по ППС) на душу населения увеличился практически в 2 раза: в Латвии – с 7,0 до 13,9 тыс.евро, в Литве – с 7,5 до 14,8 тыс.евро, в Эстонии – с 8,6 до 17,1 тыс.евро. В то же время в 2007г. он лишь незначительно превысил половину среднего значения по ЕС (Латвия – 55,7%, Литва – 59,3%, Эстония – 68,8%; в 2000г. аналогичные показатели составляли 36,7%, 39,3% и 45,0% соответственно). Такое процентное соотношение позволяло прибалтийским государствам пользоваться поддержкой Фонда сплочения, а также структурных фондов ЕС. Так, за 2004-2006гг. Латвия получила 1 млрд. евро, Литва – 1,7 млрд. евро, Эстония – 800 млн.евро. На 2007-2013гг. выделено соответственно 4,6 млрд., 6,8 млрд. и 3,4 млрд. евро.

Однако основой экономического роста прибалтийских государств всё же стали не дотации из Брюсселя, а развитие собственных экономик. Структурные изменения, произошедшие в экономиках в 1990-е гг., привели к тому, что в последние годы большую часть ВВП (60-70%) и его роста обеспечивала сфера услуг. По оценке Eurostat, Латвия в 2006г. вышла на 4 место после Греции, Германии и Великобритании в оптовой торговле и после Дании, Великобритании и Германии в сфере «Недвижимость, аренда и лизинг», а Латвия и Литва заняли соответственно 3 и 4 места после Германии и Великобритании в секторе «Транспорт и хранение». В целом, оборот в сфере услуг с 2000 по 2007гг. увеличился в показателях базового года (2005=100%) в Латвии с 42,59% до 155,91%, в Литве – с 52,24% до 139,07%, в Эстонии – с 49,87% до 145,60%.

Значительный вклад обеспечивала строительная отрасль, доля которой увеличилась к 2007г. по сравнению с 2000г. с 6,1% до 9,0% в Латвии, с 6,0% до 10,2% – в Литве, с 5,6% до 9,1% – в Эстонии. При этом за 2002-2007гг. объёмы строительства выросли в Латвии почти в 7 раз, в Литве – в 3-3,5 раза, в Эстонии – 2,5-3 раза. Даже промышленность и сельское хозяйство, доля которых в ВВП сократилась по сравнению с советским периодом в 3-4 раза, демонстрировали существенный рост. По сравнению с 2000г. объём произведённой промышленной продукции вырос к 2007г. в Латвии на 39,1%, в Литве – на 83,9%, в Эстонии – на 87,9%. За те же годы значительно увеличилась добавленная стоимость (по ценам производителя) в сельском хозяйстве: в Латвии – со 182 до 343 млн. евро, в Литве – с 394 до 521 млн. евро и в Эстонии – со 137 до 254 млн. евро. Общее же количество сельскохозяйственных производителей сократилось в Латвии – с 126,6 до 107,8 тыс., в Литве – с 272,1 до 230,3 тыс., в Эстонии – с 36,9 до 23,3 тыс..

Однако физический объем сельскохозяйственного производства так и не достиг советского уровня. По основным видам продукции он в среднем составил в 2007г. в Латвии и Эстонии приблизительно 50%, в Литве – более 70%. Причём если производство зерновых культур было на уровне 96% (Латвия), 93% (Литва) и 88% (Эстония), то, например, мяса – соответственно 27%, 48% и 32% от объёмов 1990г..

В то же время на протяжении всех «тучных лет» в экономике прибалтийских государств нарастали негативные тенденции. Ещё в декабре 2006г. влиятельный британский журнал «The Economist» опубликовал статью, в которой были перечислены основные угрозы, стоявшие перед экономиками Латвии и Эстонии: «пузырь» на рынке недвижимости, значительный дефицит по текущим операциям платёжного баланса (17,9% ВВП в Латвии и 12,5% ВВП Эстонии); резкий рост зарплат в строительстве, торговле и туризме при общем кадровом голоде рынка труда (в особенности, нехватка высококвалифицированных кадров).

В итоге структурные изменения в экономиках стран Прибалтики, произошедшие в ходе их переориентации на рынки Евросоюза и обеспечивавшие рост в 2000-2007 гг., заложили предпосылки последующего экономического спада. Первым неблагоприятным симптомом стало нарастание инфляции (см. Таблица 2). Именно она не позволила странам Прибалтики войти в зону евро в 2008 году. Между тем сама инфляция стала следствием перенасыщенности их национальных экономик спекулятивными деньгами, хлынувшими на их рынок из-за рубежа, прежде всего из Швеции. Кроме того, после вступления в ЕС инфляция ускорилась вследствие роста цен на основные товары и услуги.

Таблица 2. Инфляция в странах Прибалтики (2000-2007) (%)

Источник: World Economic Outlook Database, October 2009 (www.imf.org)

С началом мирового финансово-экономического кризиса структурные перекосы экономик стран Прибалтики обратили «экономическое чудо» в экономический крах. Как и во многих странах мира, он начался с проблем на рынке недвижимости. Искусственный «пузырь», раздутый на этом рынке внешним спекулятивным капиталом, стал резко сдуваться. Причём, на глубину падения этого рынка повлияли не только общемировые тенденции, но и особенности стран Прибалтики, где не состоялось ожидаемое присоединение к зоне евро: это расстроило планы многих спекулянтов, рассчитывавших выгодно конвертировать свои вложения на местных рынках в валюту Евросоюза. В результате начался отток западного спекулятивного капитала из Прибалтики.

Резкое снижение экономических показателей началось с середины 2008г., когда последствия ипотечного кризиса в США достигли Европы. Зависимость от зарубежных инвестиций, доминирование иностранного капитала в промышленности (в Литве – в меньшей степени) и банковском секторе привели к быстрому ухудшению экономической конъюнктуры в прибалтийских государствах. На фоне оттока западного капитала стал нарастать дефицит платёжного баланса, покрывавшийся ранее за счёт зарубежных займов и притока прямых иностранных инвестиций.

Падение экономики стран Прибалтики по всем параметрам носило обвальный характер. К концу 2009г. выяснилось, что спад в их экономиках самый сильный во всей Европе. Сокращение реального ВВП за 2008-2009гг. в 4-4,5 раза превысило среднеевропейский показатель. Снизился, соответственно, и ВВП на душу населения, хотя в целом по ЕС он продемонстрировал небольшой рост. За 2009г. худшие результаты в промышленном производстве показала Эстония, в строительстве – Литва, сельском хозяйстве и сфере услуг – Латвия.

Таблица 3. ВВП и его составляющие в странах Прибалтики (2008-2009 гг.)

Источник: Eurostat (Европейская статистическая служба), если не указано иное.

Экономический спад сильно ударил и по сфере услуг. То есть тот новый сектор экономики, который сформировался при подготовке и в ходе присоединения стран Балтии к Евросоюзу, пострадал больше всего, показав свою неустойчивость и чрезмерную зависимость от внешнеэкономической конъюнктуры.

Таблица 4. Сфера услуг в странах Прибалтики (2008-2009 гг.)

Источник: Eurostat (Европейская статистическая служба).

Вследствие оттока капитала возникли серьезные проблемы в финансовом секторе, в том числе в государственных финансах. Необходимость рассчитываться по зарубежным займам, абсолютное большинство которых было номинировано в иностранной валюте (в Латвии и Эстонии – около 90%, в Литве – около 70%), создала опасность дефолта. Прямым следствием этого (а также роста бюджетного дефицита) стало обращение за кредитами к другим государствам, МВФ и Евросоюзу. Такая политика привела к росту внешнего государственного долга: в абсолютных показателях он составил в Латвии на январь 2010г. 4,649 млрд. евро, в Литве на декабрь 2009г. – 5,515 млрд. евро, в Эстонии (март 2010г.) – 835 млн. евро. Для сравнения: на декабрь 2008г. этот показатель был для Латвии 1,871 млрд. евро, для Литвы – 3,232 млрд. евро, для Эстонии (январь 2009г.) – 490 млн. евро. При этом дополнительную неустойчивость прибалтийским экономикам создаёт внешний долг частного сектора. По оценке МВФ, в 2009г. в Латвии он составил 134,5% от ВВП, в Литве – 70,6%, в Эстонии – 126,1%.

Таблица 5. Некоторые макроэкономические показатели в странах Прибалтики (2008-2009 гг.)

Источник: Eurostat (Европейская статистическая служба), если не указано иное.

Латвия ещё в конце 2008г. договорилась с ЕС, международными организациями (МВФ, ЕБРР, Всемирный банк) и странами-донорами (Швеция, Дания, Норвегия, Финляндия, Чехия, Польша, Эстония) о предоставлении кредита в 7,5 млрд. евро со ставкой процента в среднем 3,5% в год. Из них 600 млн. евро были получены 29 декабря 2008г. от МВФ под 2,136% в год (должен быть погашен до 27 декабря 2013г.), два транша в 1 и 1,2 млрд. евро – от Еврокомиссии под 2,125% (получены 25 февраля и 27 июля 2009г., даты погашения – 3 апреля 2014г. и 27 января 2015г. соответственно). В целом, на данный момент Латвии предоставлено уже более половины предполагаемого займа (последний транш в размере 500 млн. евро был получен 11 марта 2010г.). Это, однако, потребовало принятия на себя ряда обязательств по структурному реформированию экономики за счёт увеличения налогов и сокращения бюджетных расходов, в особенности, на социальную сферу, а дефицит бюджета не должен превысить в 2010 и 2011гг. 8,5% и 6% соответственно.

Что касается Литвы и Эстонии, то они старались обходиться без получения политически обязывающих кредитов, пытаясь решить проблему растущего бюджетного дефицита путём оптимизации его расходной части, увеличения налогов и заимствований на рынке. Впрочем, в планах эстонского правительства взять в течение 3 лет кредитов на сумму 830 млн.евро. В Литве же за 2009г. государственный долг международным организациям развития вырос с 87,6 млн. до 842,2 млн. евро. Кроме того, хотя президент Литвы Даля Грибаускайте с регулярностью заявляет об отсутствии необходимости обращаться за кредитом в МВФ, такой возможности не исключает министр финансов Ингрида Шимоните: «Помощь из международных институтов является не запасным планом, а одной из возможностей, которая всегда под рукой. Есть международные организации, - в первую очередь, Европейская Комиссия, затем – МВФ…». Пока же предполагается прибегать к заимствованиям на международных рынках (за 2009г. заимствования составили около 4 млрд. евро, в 2010г. прогнозируется такая же сумма).

Государственные заимствования были направлены исключительно на поддержание макроэкономической стабильности, а не на смягчение последствий кризиса для населения прибалтийских государств, которое достаточно быстро ощутило на себе ухудшение экономической ситуации. Это привело к росту недовольства в обществе политикой, проводимой правительствами. Так, ещё 13 января 2009г., когда последствия кризиса только начали проявляться (в виде резкого роста безработицы и сокращения заработной платы), состоялась акция протеста в Риге с требованиями переизбрания парламента и отставки правительства, переросшая в массовые беспорядки и столкновения с полицией. Она была организована партией «Общество для другой политики» (председатель – известный латвийский экономист, политик Айгарс Штокенбергс) и собрала, по разным оценкам, от 10 до 20 тыс. человек. 16-17 января с подобными требованиями прошли митинги и во многих литовских городах (в Вильнюсе, Клайпеде, Шауляе, Алитусе). Причём, акция протеста в Вильнюсе, проходившая под лозунгами «Воры, вон!», «Работы, хлеба, денег!», «Позор!», в которой по официальным данным участвовало около 7 тыс. человек (по другим данным – до 10 тысяч), также закончилась беспорядками, жестко подавленными полицией.

В 2009г. акции протеста различных социальных групп и профсоюзов, хотя и не такие массовые, стали регулярными. Основными требованиями в ходе большинства из них были снижение налогов, создание рабочих мест и повышение заработной платы. Между тем правительства стран Прибалтики оказались беспомощными в этой непростой ситуации. Единственное, что они смогли предложить своим гражданам – это продолжение прежнего курса, рассчитанного на то, что кто-то извне должен предоставить помощь для решения внутренних проблем. На этот раз в виде «волшебной палочки» стала идея присоединения к зоне евро.Согласно принятым в Литве и Латвии «Программам конвергенции», оно намечено на 1 января 2014 года. Эстония подала заявку на вступление в зону евро с 2011 года (официальный ответ Европейской Комиссии должен быть получен 6 июля этого года).

В условиях кризиса этот курс еще более усугубил и так непростую ситуацию.Необходимость ограничения дефицита госбюджета тремя процентами ВВП вела к искусственному сокращению государственных расходов и не позволяла выделять средства на программы восстановления экономики. Более того, правительствам стран Прибалтики пришлось и дальше идти путем сокращения расходов на социальные нужды, заработной платы (в том числе для госслужащих, работников правоохранительных органов, здравоохранения и образования) и увеличения налогового бремени. Все это подрывало внутренний спрос и препятствовало восстановлению национальной промышленности и сельского хозяйства.

Так, в Латвии ещё в конце 2008г. НДС был поднят с 18% до 21% (пониженный НДС – с 5 до 10%), в Литве в сентябре 2009г. – с 19% до 21%, в Эстонии с июля налог с оборота (аналог НДС) – с 18% до 20%. Кроме того, выросли в Эстонии и косвенные налоги (например, государственные акцизы на алкоголь, табачные изделия, электороэнергию и др.), а также стала применяться практика введения новых налогов: например, в Таллине с 1 января 2010 год был введён столичный налог на плавательные средства (лодки, яхты, катера) в размере 10 %, а с 1 июля 2010 года планируется введение дополнительного налога с оборота (+ 1 % к сумме покупки). Заработная плата государственных служащих в Литве и Латвии за 2009г. сократилась примерно на 10%, в Эстонии – на 15%. Работники бюджетной сферы в целом более всего пострадали в Латвии – их доходы уменьшились за прошедший год почти на 40%.

Однако даже при мерах жесткой экономии добиться соответствия Маастрихскому критерию по бюджету удалось лишь Эстонии. По итогам 2009г. бюджетный дефицит составил в Латвии – 6,7%, в Литве – 9,2%, в Эстонии – 1,7%. Но, как показывают нынешние реалии, даже выполнение этого условия вряд ли позволит Таллину получить одобрение Евросоюза на присоединение к зоне евро в ближайшее время. Дело в том, что в условиях кризиса сама зона евро затрещала по швам. Проблемы бюджета и государственного долга Греции, Испании, Португалии и Италии поставили единую европейскую валюту перед серьезными вызовами. Преодолеть их будет непросто, а присоединение к зоне евро новых государств с неустойчивой экономикой может только углубить существующие проблемы еврозоны.

Поиск путей выхода из кризиса, в сущности, разделил общества прибалтийских государств на две неравные группы. С одной стороны – правящая коалиция, премьер-министр и президент. С другой – оппозиция и скептически (если не сказать больше) настроенное по отношению к предпринимаемым мерам общество. Например, в Литве в мае 2009 года президент Грибаускайте позитивно оценила сокращение расходной части бюджета на более чем 870 млн.евро. «Новый президент подчеркнула, что доверие к Литве после этого повысилось, а правительство может выпустить эмиссию облигаций на 500-600 млн. евро, что, в свою очередь, позволит взять кредит, продав эти еврооблигации, на международном рынке. Это, по мнению Дали Грибаускайте, поможет стабилизировать финансовую систему в Литве без обращения за помощью в МВФ». Показательно, что в подписанном ей бюджете на 2010г. также предполагается дальнейшее сокращение бюджетных расходов: на социальные нужды будет выделено на 22% меньше средств, зарплаты госслужащих сократятся на 10%, бюджетников – на 5%.

Латвийское руководство также расценивало динамику макроэкономической стабилизации как позитивную, несмотря на катастрофическое ухудшение благосостояния населения и постоянно грозящую опасность дефолта. А отвечая на вопросы читателей портала Telegraf.lv, президент страны Валдис Затлерс отметил, что выбранный экономический курс на сокращение бюджетных расходов и получение международных кредитов был, по сути, единственным выходом из сложившейся ситуации: «Решение о займе приняли Сейм и правительство, соответственно попросив одобрить получение займа. Нас никто не заставлял этого делать, но альтернативы, которые были в 2008 году и сейчас, следующие: первая — сократить расходы бюджета до уровня доходов, то есть на 1,5 миллиарда латов. Вторая альтернатива – провести необходимые, но очень болезненные мероприятия, сбалансировать расходы с доходами, провести реформы и восстановить экономическую конкурентоспособность государства, но одновременно постепенно сократить расходы. Мы выбрали второй путь».

Подчеркивая макроэкономические успехи Эстонии в 2009г. (показатели инфляции, госдолга, дефицита бюджета) и характеризуя дальнейшее развитие Эстонии, премьер-министр и лидер Партии Реформ Андрус Ансип на состоявшейся 9 декабря 2009г. встрече с Херманом ван Ромпеем, Председателем Европейского Совета, заявил: «Эстония рассматривает присоединение к зоне евро, жёсткую бюджетную политику и устойчивые государственные финансы в качестве необходимых условий создания среды, способствующей развитию экономики».

Следует, однако, отметить, что одним из следствий монетаристской экономической политики правительств по сокращению бюджетных расходов и увеличению доходов за счет роста налогов стала крайне негативная ситуация в области занятости во всех трёх странах. Согласно последним оценкам Eurostat, в Латвии, ставшей лидером в ЕС по этому показателю, безработица за год выросла с 12,3% до 22,9%, в Литве – с 6,4% до 14,6% (третий квартал 2008г. по сравнению с соответствующим периодом 2009г.), в Эстонии – с 7,6% до 15,5% (четвёртый квартал 2008г. относительно такого же периода 2009г.). Особую опасность для социальной стабильности, впрочем, представляет молодёжная (до 25 лет) безработица, которая в Латвии в четвёртом квартале 2009г. составила 43,6%, в Эстонии – 32,1%, в Литве в третьем квартале – 33,7%. Серьёзное беспокойство вызывает и рост эмиграции из прибалтийских государств под влиянием ухудшающихся экономических условий. По официальным данным, за 2009г. из Латвии выехало около 6,3 тыс.чел. (однако в Великобритании за год зарегистрировалось более 15 тыс. латышей, что в 2 раза превышает прошлогодний показатель), из Литвы – 22 тыс. чел., что превышает прошлогодние показатели. Как правило, в поисках работы уезжают квалифицированные работники и молодёжь, а это, в свою очередь, качественно ухудшает состояние человеческого капитала в прибалтийских государствах.

Как отмечалось в обзоре МВФ: «Эмиграция – это защитный клапан, который может помочь преодолеть серьёзные проблемы с безработицей в Латвии. Но если предприниматели и наиболее квалифицированные работники будут уезжать в большом количестве, Латвия лишится тех самых людей, которые будут создавать новые компании и рабочие места. А уменьшая количество рабочей силы, эмиграция может привести к сокращению производства в Латвии. Пока ущерб от эмиграции будет возмещаться значительными переводами средств, в самой Латвии будут сокращаться доходы от налогов и будет сложнее финансировать государственные расходы, например, пенсии».

В этих условиях проводимая экономическая политика, естественно, активно критикуется оппозиционными партиями. Так, в ноябре 2009г. на пресс-конференции председатель Социал-демократической партии Литвы и староста фракции в Сейме Альгирдас Буткявичус заявил: «Увеличив налоги, правительство достигло невиданных высот – некоторые сферы бизнеса уничтожены, а некоторые ушли в тень. Снизились доходы населения, а потребительская способность упала. Государство не смогло собрать налоги. С легкой руки начали занимать у коммерческих банков, во многом из-за которых Литва и оказалась в своем сегодняшнем положении». А известный политик, стоявший у истоков литовской независимости, заместитель председателя Сейма Чесловас Юршенас метко подытожил: «Коалиция работает, уничтожая хозяйство и общество».

В Латвии критика антисоциальной экономической программы правительства сопровождается заявлениями об утрате независимости, что связано с участием экспертов Международного валютного фонда и Европейской Комиссии в планировании бюджета страны (так, без их оценки бюджет на 2010г. не мог быть представлен на утверждение Сейма) как условия предоставления упомянутого кредита в 7,5 млрд.евро. По этому поводу мэр Вентспилса и один из крупнейших бизнесменов Латвии Айварс Лембергс заметил: «Такой займ, который сейчас взяло латвийское государство, невозможно отдать в установленный срок, его вообще невозможно отдать… У Латвии есть соглашение, которое заключено с МВФ, это оккупация, такая же, что произошла 17 июня 1940 года, только в отличие от той оккупации, эта произошла без танков».

В Эстонии, чьи макроэкономические показатели лучшие из трёх прибалтийских государств, наибольшей проблемой оппозиция считает рост безработицы и налогов. Выступая 16 февраля 2010г. в Рийгикогу, лидер Центристской партии и мэр Таллина Эдгар Сависаар, по сообщению официального Интернет-портала партии, назвал «нынешнее правительство ответственным за то, что уровень безработицы в стране давно перевалил за 10 процентов и треть безработных не имеют работы уже более года. При этом он напомнил, что чуть более года назад премьер-министр Андрус Ансип отрицал наличие кризиса в стране, главным признаком которого он считал высокий уровень безработицы. А другие государства, в том числе США и Германия, в это время снижали налоги, выделяли дополнительные средства местным самоуправлениям и предпринимали меры по смягчению социальных последствий кризиса».

Важно также подчеркнуть, что во всех прибалтийских республиках остро дискуссионным вопросом является вступление в зону евро, которое их лидеры рассматривают как панацею от всех экономических бед. Введение евро позитивно оценивается экспертами МВФ. Известный американский финансист Джордж Сорос в интервью EUObserver даже заявил, что «это резко улучшило бы ситуацию в Латвии без особого вреда для евро», а «расширение еврозоны могло бы пойти на пользу всей экономике ЕС».

Интересно, что ещё в мае 2007г., то есть в докризисный период, эксперт Института свободного рынка Литвы Витаутас Куокштис заявил, что для введения евро в Литве необходимо прибегнуть к таким мерам как «жёсткая фискальная политика, ликвидация бюджетного дефицита, отказ от различных нарушающих рыночные условия льгот и субсидий, реформы по либерализации, общий рост конкурентоспособности», что позволит не только достичь требуемых Маастрихтских показателей, но и в целом улучшить экономическую конъюнктуру в стране.

Основные надежды связываются в случае введения евро с ростом доверия, а значит, и инвестиционной привлекательности экономик. По мнению премьер-министра Эстонии Андруса Ансипа, «введении евро подтолкнёт иностранных инвесторов, и это улучшит внешнюю торговлю, которая, в конечном счёте, и будет способствовать новому экономическому росту». Показательно, впрочем, что согласно социологическому опросу, проведённому в январе 2010 года, именно в Эстонии, планирующей первой ввести евро, это начинание впервые поддерживает менее половины населения (47%).

В то же время лидер эстонской оппозиционной Центристской партии Эдгаар Сависаар обращает внимание на то, что важным риском присоединения к зоне евро может быть девальвация национальной валюты. По его мнению, обменный курс при введении может определяться не в Таллине, а в Брюсселе, который может поставить условие: «Или девальвируйте крону, или евро вам не видать».

Скептически оценивают перспективы присоединения к зоне евро и некоторые латвийские экономисты. Так, президент объединения экономистов "Латвия - 2010" Ояр Кехрис полагает, что, если до сих пор не удалось ввести евро, то сейчас есть «более важные задачи — благосостояние жителей, сбалансированное и долгосрочное развитие государства, что в макроэкономических показателях измеряется приростом ВВП в размере 4%-6% в год». Критический подход, связанный в первую очередь со стремлением поддерживать макроэкономическую стабильность за счёт сокращения бюджетных расходов, демонстрирует глава оппозиционной Социал-демократической партии Литвы Альгирдас Буткявичус: «Мы понимаем, что правительство всеми силами пытается избежать дефицита бюджета в 2012 году, потому что хотят ввести евро. Но во имя евро жертвовать теми, кого больнее всего затронул кризис, просто цинично».

Западные экономисты в целом едины в оценке последствий кризиса для прибалтийских экономик. Эксперты международных финансовых институтов видят переспективу их развития в неолиберальном регулировании, основанном на приоритете финансовой и макроэкономического стабильности вместо смягчения последствий кризиса для населения. А факт введения евро хотя и не должен рассматриваться как панацея, однако стремление к вступлению в зону евро должно стать хорошим стимулом для внутренних структурных экономических реформ. Поэтому, по мнению Кристофа Розенберга, в 2008-2009гг. старшего регионального уполномоченного МВФ по Центральной Европе и Балтийскому региону, прибалтийским странам не следует отказываться от режима валютного управления: «Отказ от привязки к евро, даже перед лицом растущего внешнего давления, скорее всего, создаст больше проблем, чем разрешит, учитывая, что многие домашние хозяйства и предприятия брали кредиты в евро. Наоборот, отказ от существующей денежно-кредитной политики и политики в области регулирования обменных курсов создаст большую дополнительную нагрузку на существующие политические рычаги».

Ведущее британское издание «The Financial Times» рассматривает финансовую ситуацию в прибалтийских государствах в общеевропейском контексте. Режим фиксированного обменного курса является, по мнению обозревателя, их «защитой от повторных претензий со стороны России на влияние в регионе». В то же время отказ от привязки национальных валют к евро мог бы, с одной стороны, послужить фактором экономического оживления в этих государствах, но, с другой стороны, девальвация может вызвать рост экономической нестабильности в Европе и, в первую очередь, в Швеции, чьи финансовые интересы наиболее заметно представлены в странах Балтии.

Интересным представляется факт, что лауреат Нобелевской премии в области экономики Пол Кругман ещё в конце 2008г., предсказывая скорый дефолт в Латвии, проводил параллели между развитием её экономики и экономикой Аргентины, где, как известно, это случилось в 2001г.: «Латвия для меня - новая Аргентина, а Украина - новая Индонезия. События там схожи с теми, которые несколько лет назад привели к экономическому коллапсу в тех странах. Латвия и Украина хотя и не являются крупными экономическими государствами, но если к их проблеме добавить сложность на испанском и британском рынках недвижимости, это может стать вторым эпицентром глобального финансового кризиса».

Хотя этого ещё не произошло, надо отметить, что до нынешнего времени развитие прибалтийских экономик (и в первую очередь латвийской) движется именно по аргентинскому сценарию: введение режима фиксированного обменного курса, либерализация экономик и ориентация внутреннего производства на экспорт, возникновение зависимости от иностранных инвестиций, серьёзные финансовые проблемы и спад в реальном секторе с началом кризиса, сокращение бюджетных расходов, рост внешних заимствований. Финальная стадия пока не наступила, однако кто знает: не откажут ли им в кредите в критический момент, как это сделал МВФ в аргентинском случае в декабре 2001г.?

Представители российского экспертного сообщества связывают нынешнее состояние экономик стран Прибалтики с развитием в докризисные годы. Справедливую оценку, как представляется, даёт старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований А.Н.Сытин. По его мнению, кризис больнее ударил по странам Прибалтики, «потому что, во-первых, и темпы роста были выше, и ожидания после периода не очень богатого существования были выше, и, соответственно, запасы меньше, поддержки меньше. Пока спасает включенность в мировую финансовую систему, потому что, допустим, банковская система в значительной степени принадлежит не местному капиталу».

Стабилизацию и, возможно, экономическое восстановление Латвии, Литвы и Эстонии российские исследователи связывают с разворотом в сторону России, учитывая экспортную ориентированность их экономик и большой российский рынок. Так, директор Института Балтийского региона РГУ им. Канта Ю.М.Зверев полагает, что «одним из итогов экономического кризиса станут серьезные институциональные и структурные изменениям в прибалтийских экономиках. При возобладании прагматических подходов это, в свою очередь, может способствовать развитию нормальных экономических отношений стран Прибалтики и России». При этом страны Балтии могут, по его мнению, перейти в развитии «от модели «пограничных государств», рассматриваемых как «последняя граница западной цивилизации», к модели «государств-ворот», связывающих страны Запада и Россию».

Владислав Воротников, 
стажер отдела Прибалтики 
Института стран СНГ,

для сайта: materik.ru,
по материалам сайта "Моя эстония".